Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Озвучка выделенного текста
Настройки
Обычная версия
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы
(видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Ирбейское
12 апреля, пн
Настройки Обычная версия
Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы (видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Ирбейское
12 апреля, пн

Хроника лесной погибели

13 августа 2020
1

Дорога родео

Выехали ранним утром. Водитель Александр Загрызенко уверенно повел УАЗ-«буханку», который в народе называют также «таблеткой». В тайге только технике повышенной проходимости и место. Пассажирские места заняли инженер по лесоохране Сергей Ильин и лесник Алексей Долгачёв. Сразу настроились на долгий путь. Сначала 30 километров до Талого, потом еще столько же до Степановки. Вдоль дороги то и дело встречались уже знакомые баннеры, фотографию такого мы публиковали в номере от 22 мая. До 10 июня применяются пестициды против шелкопряда. Поэтому до 20 числа этого месяца запрещены пребывание людей в лесу, выпас скота, сбор дикоросов. А до 30 июня нельзя открывать лётки пчел и открывать ульи. Правда, не указано, где, и можно подумать, что везде, по всей таежной территории района. Однако мы уже поясняли, что обработка касается только массивов за Степановкой. Там и действуют запреты, и примерно туда мы направлялись. Не собираясь впрочем, заходить на опрысканную с самолета территорию.

С улиц Степановки увидели вдали заснеженные вершины. С зимы снег теплой весной сошел, а недавно летом выпал вновь да и задержался на больших высотах, образовав белки (ударение на и). Вскоре поселок остался позади и закончилась цивилизация. Не сразу, правда. Остатки старых заборов, ранее огораживающих покосы. Кладбище, потом свалка мусора – место временного хранения отходов. А дальше – только старая геологическая дорога среди дремучей тайги. По ней нам предстояло 30 километров, но лесники сразу отметили, что по времени займут не меньше, чем предыдущие 60. Прямо аттракцион родео, то яма, то канава. Тряслись на ухабах, проезжали через огромные глубокие лужи, где вода затекала в салон. Одолевали крутые подъемы, за которыми следовали опасные спуски – привет от начинающихся предгорий Саян.

Да, цивилизации здесь нет, за Степановкой на юге района не осталось ни одного поселения. Но нога человека определенно ступала, да еще как. Навстречу попалась «Нива» – ехал хорошо известный работникам лесничества лесозаготовитель. Очевидно, возвращался с посадки новых деревьев на отработанной лесосеке. Это хорошо, лесовосстановление – дело благое. Вместе с тем то и дело встречались огромные кучи древесных остатков. Не очень-то жалуют лесорубы уборку лесосек. Штрафы им выписывают, для юрлиц не меньше 50 тысяч рублей. Так многие предпочитают заплатить, но не убирать за собой. А будущее леса их, похоже, не волнует. Как будто мало природных факторов, от которых страдает тайга. Так ведь и их предостаточно, в чем скоро довелось убедиться.

До нужного места добрались только к обеду. Первым дело присели перекусить – как же на природе вкусно. Погода радовала, было солнечно, но прохладно. Никакого гнуса – благодать. И клещи неактивны – большой плюс. Александр Загрызенко остался присмотреть за хозяйством, мы засобирались в лес. У меня фотоаппарат, у Сергея Ильина – карта местности и прибор GPS для ориентирования. Алексей Долгачев взял топор, зная, что местами придется прорубаться через завалы. А еще – две петарды. В прошлый приезд лесники видели неподалеку следы пребывания медведя. Совсем свежие, перевернутые им камни высохнуть не успели. Зверь был совсем рядом, вполне возможно, наблюдал за людьми. И, вроде, это медведица с медвежатами. Обычно косолапые в такое время не опасны, но если любопытные мальцы сунутся познакомиться с двуногими, мать запросто бросится их защищать и на куски порвет. Оружие сейчас работникам лесничества не полагается, так хоть петардами в случае чего отогнать. Впрочем, возможная опасность никогда не становилась для тружеников леса поводом отлынивать от работы.

Прямо у нашей стоянки начиналось дорожное ответвление к старой лесосеке. Буквально сразу пришлось перелезать через перегородившее колеи дерево, вывернутое с корнем. Потом еще одна лесина, и еще… Впрочем, как сказали мои спутники, это сущие мелочи в сравнении с тем массовым ветровалом, который ждет впереди. Со старого плотбища вышли на охотничью тропу – таежники называют ее Ефтеевой, по фамилии степановского жителя, к избушке которого и прокладывался путь. Деревья здесь падали и раньше, это естественный процесс. Но они были одиночными, их распиливали, чтобы не мешали пешеходам. Теперь же впереди мы увидели почти сплошняком поваленный лес. Замечательные кедры с уже завязавшимися шишками, которые к осени дали бы прекрасный орех, лежали, вырванные с корнем, друг на друге. Получились завалы внушительной высоты. Пришлось маневрировать, искать обходные пути меж преградами. Перелезать через стволы или протискиваться под ними, прыгать с одного на другой. На вопрос Алексея, видел ли я раньше такой бурелом, ответил без сомнений – нет. Да что там я, Сергей Ильин признался, что за много лет работы в лесничестве столь сильного ветровала не встречал.

– Это случилось в ночь с 26 на 27 мая, – пояснил инженер по лесоохране. – Мы тогда были в четырехдневном заезде, жили здесь неподалеку в избушке. Ночью я вышел наружу. А там кругом шум, треск, грохот. Светопреставление какое-то! Когда утром пошли на обследование, увидели вот это.

Да, памятная ночь, тогда четверть района осталась без электроэнергии. Вот только в Ирбее прошла лишь гроза, без сильного ветра. А на тайгу обрушился страшный шквал. Тогда работники лесничества в одну сторону прошли ветровал полностью, отметили его границы. Теперь мы пробирались в другую сторону, чтобы определить противоположную грань и высчитать пострадавшую площадь.

Вдали раздался голос кукушки. Не стали задавать ей глупых вопросов из разряда «сколько нам жить осталось». Пожелали удачной охоты. Она ест гусениц шелкопряда. Вот они, волосатые создания величиной почти в палец. Встречались во множестве, хотя лесники отметили, что это тоже мелочи. Вот в очаге распространения вредителя их по-настоящему много, по 15-20 штук на каждой ветке.

Туда мы не дошли, двинулись в другую сторону. Лесники в красках рассказали, что там творится. Шквалом деревья не положило. Голые стоят, без хвои, которую гусеницы сжирают подчистую (только треск стоит, в прямом смысле), сопротивление ветру меньше, вот и выдержали. Эти кедры засохнут. Налетит жук-усач, понаделает дырок сантиметрового диаметра, и ослабевшие деревья уже не смогут залить раны смолой. На пир вредителей подоспеет короед. Дальнейшие последствия можно увидеть по примерам еще с 1985 года. На участках, попавших тогда под нашествие, до сих пор ничего не растет, только тянутся мачты сухостоя. Хвойному подросту там не хватает тени. А уж если огонь нагрянет… Запросто сможет перейти на верхний ярус, верховой же пожар – штука страшная. Те восемь, что произошли у нас в лесу минувшей весной, были низовыми.

Теперь главное – остановить дальнейшее распространение шелкопряда. Распыленный с самолета химикат вызывает у гусениц несварение, и они, образно выражаясь, получают такую диарею, что не выживают. Хватит, и так уже погубили за последние пару лет 110 тысяч гектаров леса. А тут еще ветровал. По результатам нашего обследования, от шквала пострадало больше 50 гектаров тайги, ветер повалил деревья по северному склону возвышенности на территории практически всего обозначенного на карте выдела. Точнее определят ущерб вместе на обследовании вместе с краевыми специалистами Центра защиты леса.

Собственно, основная цель работников Ирбейского лесничества – добиться разрешения на проведение в пострадавших массивах рубок ухода. И на владениях шелкопряда, и на ветровале. На последнем и деревья валить не придется, уже лежат. В этом году с рухнувших вековых кедров еще можно взять деловую древесину. В следующем сезоне это уже будет неликвид. Заодно тайгу бы почистили от бурелома, дали простор новой поросли для лесовосстановления. Правда, практика показывает, что в кедрачи обычно лесорубов не запускают ни под каким видом. Но ведь ситуации разные бывают. Может быть, удастся получить добро. Чтобы, как говорится, работники лесничества не зря ноги били. У меня шагомер в тот день насчитал почти 30 тысяч шагов. А это был, по меркам лесников, совсем небольшой переход.

Редакция

Картина дня

Небесный щит страны

Во второе воскресенье апреля отмечается День войск противовоздушной обороны (ПВО). Это праздник людей, защищающих страну от атак с воздуха.

Приближение звезд

Сегодня мы не мыслим себе мир без космических технологий. А ведь еще 60 лет назад первый полет Юрия Гагарина за пределы земной атмосферы был прорывом.

Ценности и традиции родного села

Муниципальный краеведческий конкурс «Ценности и традиции родного села», посвященный 200-летию Енисейской губернии, состоялся в Доме детского творчества 2 апреля